Поиск по сайту


+12
Издание предназначено для детей старше 12-ти лет.

Культурно-просветительское издание о советской истории "Советика". Свидетельство о регистрации средства массовой информации - Эл№ ФС77-50088.

е-мейл сайта: sovetika@mail.ru

(Дмитрий Ластов)



Посмотрите еще..


Фруктовые воды. Советский Общепит


Бриджит Бардо. Звезды и фильмы. Статья 1966-го года.


Free counters!



Биографии, ПАПАНИН ИВАН ДМИТРИЕВИЧ - АДМИРАЛ АРКТИКИ (Н. Денисов) (из книги - Герои огненных лет, 1983 г.)

 

ПАПАНИН ИВАН ДМИТРИЕВИЧ - АДМИРАЛ АРКТИКИ (Н. Денисов) (из книги - Герои огненных лет, 1983 г.)


ПАПАНИН ИВАН ДМИТРИЕВИЧ

ПАПАНИН ИВАН ДМИТРИЕВИЧ Родился в 1894 г. в Севастополе. Русский. Член КПСС с 1919 г. В дни Великого Октября матросом Черноморского флота вступил в ряды красногвардейцев, затем сражался с белыми на Украине, в Крыму. После гражданской войны работал в Наркомате связи. Затем возглавлял одну из полярных экспедиций. В 1936 г. в столице приступил к подготовке экипажа и оборудования первой советской научной станции «Северный полюс» и затем в качестве ее начальника провел девять месяцев на дрейфующей льдине в Центральной Арктике. 27 июня 1937 г. удостоен звания Героя Советского Союза. 3 февраля 1940 г. он награжден второй медалью «Золотая Звезда». В годы Великой Отечественной войны, продолжая исполнять обязанности начальника Главсевморпути, являлся уполномоченным ГКО по перевозкам на Севере. В послевоенное время работал в различных организациях и институтах Академии наук СССР. Автор ряда книг об изучении и освоении Арктики. Живет в Москве.

АДМИРАЛ АРКТИКИ

Почти полвека назад, в середине тридцатых годов, в Москве, близ Кремля, в одном из тесноватых помещений старинных торговых рядов Рыбного переулка можно было частенько увидеть, как целыми днями среди груды самых различных предметов хлопотал приземистый, чрезвычайно подвижный человек в морском кителе. Придирчиво осматривал он каждую вещь и полушутя приговаривал: «Чтобы наука не пострадала». Человеком тем был уже известный в ту пору полярник Иван Дмитриевич Папанин. Именно ему, бывшему матросу-черноморцу, краскому и партизану гражданской войны, опытному зимовщику на ряде заполярных станций, коммунисту с немалым стажем, Советское правительство поручило руководить работой первой в мире научной станции на Северном полюсе.

Туда, на «макушку» земного шара, нести длительную научную вахту в ледовых просторах Арктики вместе с ним направлялись радиооператор Эрнст Теодорович Кренкель, астроном и магнитолог Евгений Константинович Федоров, гидробиолог и гидролог Петр Петрович Ширшов. Каждого из членов этого небольшого экипажа будущей станции Папанин знал хорошо: все — полярники. С ними уже доводилось встречаться на перепутьях высоких широт. Отправляясь на Северный полюс, папанинцы старались предусмотреть любую мелочь, ибо там рассчитывать можно было только на себя. Присказка Ивана Дмитриевича «трудна подготовка, да легче зимовка» не раз была проверена практической работой в Заполярье. Потому-то каждый прилагал максимум усилий, чтобы в его «заведовании», как говорят моряки, доставало приборов, запасных частей, словом, всего, что нужно для многомесячной жизни и работы на дрейфующей льдине.

Снаряжалась экспедиция под общим руководством академика О. Ю. Шмидта. Для высадки папанинцев на лед со всем имуществом станции-обсерватории «Северный полюс» был выделен отряд тяжелых воздушных кораблей под командованием одного из первых Героев Советского Союза М. В. Водопьянова. С заполярного аэродрома надо было перебросить в район Северного полюса запас продовольствия, радиостанцию, научно-техническую аппаратуру, жилье — специально сконструированную многослойную палатку. Водопьянов первым слетал в высокие широты и выбрал там место для авиабазы — остров Рудольфа. Туда на ледоколе «Русанов» отправили горючее и основное оборудование эспедиции. Папанинцы, раскинув в пригороде Москвы свою полярную станцию, провели ряд тренировок. И только после того, как все оказалось отлаженным, экспедиция тронулась в путь.

Коварная, изменчивая погода высоких широт, да и отсутствие сколь-нибудь развернутой метеоинформации надолго задержали вылет с острова Рудольфа. От него до Северного полюса не так уж далёко — около тысячи километров. Но при скорости полета воздушных кораблей тех лет, 160—180 километров в час, такой маршрут они могли пройти примерно за 6—7 часов. Погода же за это время могла измениться несколько раз, и тогда самолеты, застигнутые в пути снежными зарядами или плотными туманами, вовсе не достигли бы цели.

Наконец 21 мая 1937 года погода установилась и флагманская машина отряда стартовала. Ее вели командир М. В. Водопьянов и штурман И. Т. Спирин. На борту: начальник экспедиции академик О. Ю. Шмидт, четверо папанинцев, другие члены экипажа и груз — продовольствие, а также инструменты, необходимые для оборудования ледового аэродрома.
Вспоминая о том полете, Водопьянов с особой теплотой рассказывал позже о своих спутниках:

— Иван Дмитриевич Папанин прямо поэтом становился, когда начинал говорить о ледовых просторах, неразгаданных тайнах Севера, перспективах освоения Арктики. Необычайно энергичный, жизнерадостный, напористый, он легко преодолевал любые возникающие трудности. С таким человеком нигде не пропадешь!

Люди многих стран уже давно мечтали о достижении Северного полюса. Некоторым из них — Пири, Скотту, Амундсену — удалось побывать на полюсе, а Бэрду, Нобиле и Элсуорту — пролететь над ним. Но то были скорее спортивные, нежели научные предприятия. Советским же полярникам предстояло не только взглянуть на вершину земного шара, но и обжить ее, вести в крайних северных широтах длительную исследовательскую работу. Экспедиция папанинцев должна была положить начало дальнейшему изучению и освоению бассейна Северного Ледовитого океана.

21 мая 1937 года, в 11 часов 35 минут, Водопьянов искусно посадил четырехмоторный воздушный корабль на ледяное поле протяженностью несколько километров. Это было в районе Северного полюса. И когда экипаж сошел на снежную целину, рядом с самолетом на морозном ветру затрепетал алый стяг нашей Родины. В тот же день была составлена первая метеорологическая сводка: высота облачности — 600 метров, температура— минус 13 градусов, ветер —10 метров в секунду, легкая поземка...

Так началась легендарная девятимесячная зимовка. Вскоре в ледовый лагерь прибыли еще три самолета, пилотируемые В. С. Молоковым, А. Д. Алексеевым и И. П. Мазуруком. На станцию «Северный полюс» было доставлено все остальное имущество. Экипажи помогли папанинцам установить научное оборудование, организовать жилье и только после этого отправились в обратный путь. Тогда же появились в дневнике первые записи Евгения Федорова: «Начали нормальную работу. Прежде всего—измерение глубины океана. С волнением смотрим, как все дальше уходит в воду тросик. Дно! 4290 метров! Некоторые ученые считали, что Северный Ледовитый неглубок— примерно как Средиземное море. Но оказывается, здесь настоящий глубокий океан!»

Заснеженное ледяное поле очень большой толщины, подобно огромному кораблю, плыло по Центральной Арктике, то и дело меняя направление и скорость движения. Повинуясь таинственным, еще не познанным законам полярной механики, слагающими которой являлись и свирепые ветры, и океанские течения, и сжатия льдов, станция то кружила на месте, то устремлялась к востоку или к северу неподалеку от полюса. Затем начался долгий дрейф с генеральным курсом примерно 10 градусов западной долготы, параллельно берегам Гренландии. Но это выяснилось далеко не сразу. Пока устраивались, над станцией один за другим прошли два советских самолета АНТ-25: экипажи Валерия Чкалова и Михаила Громова прокладывали рекордные маршруты из Москвы через Северный полюс в Соединенные Штаты Америки. Успеху тех рейсов, несомненно, способствовала неутомимая работа папанинцев — они регулярно снабжали авиаторов по радио сведениями о погоде. К сожалению, полярникам не удалось увидеть эти самолеты, пролетавшие над полюсом за облаками.

Научные наблюдения, каждое из которых, по существу, производилось впервые, приходилось сочетать с авральными работами. Почти каждый день возникало непредвиденное. То станцию начинало заливать талыми водами, то вдруг налетал ураган, образуя снежные сугробы или ледяные заструги. Зимовщики не раз ощущали сильные толчки от столкновения их ледяного поля с другими, наблюдали внезапное торошение льда, боролись с обледенением аппаратуры и приборов. Через лагерь неожиданно пролегали трещины, образовывались большие разводья, которые приходилось преодолевать на надувной лодке, много раз переносить жилую палатку, запасы продовольствия или аппаратуру в относительно безопасное место. Случались и посещения белых медведей.

Трудности еще более усугублялись с наступлением непроглядной полярной ночи. Но папанинцы преодолевали их мужественно. Пример отваги и выносливости показывал никогда не унывавший Папанин.

Через пять недель после организации станции по радио пришло радостное известие: Иван Дмитриевич Папанин удостоен звания Героя Советского Союза, а его товарищи награждены орденом Ленина.

— Это внимание партии, правительства, всего народа,— сказал тогда Папанин,— мы должны воспринимать как аванс, который надо отработать достойно.

В 20-ю годовщину Великого Октября, когда дрейфовавшую льдину стало выносить к северо-восточным берегам Гренландии, папанинцы организовали своеобразную праздничную демонстрацию. Кренкель, Федоров и Ширшов в заиндевевшей одежде выстроились возле красного флага. При свете северного сияния Иван Дмитриевич, взобравшись на торос, произнес короткую речь.

— Только что мы слышали по радио,— сказал он,— как в Москве, на Красной площади, прозвучали наши имена. Страна помнит о нас, советские люди надеются, что мы с честью выполним порученную нам работу. Наш долг — оправдать доверие партии и народа.

Магниевая ракета, взвившись в небо, осветила рваные грани ледяных торосов. Троекратными винтовочными залпами папанинцы отсалютовали 20-й годовщине Октября.

В те дни в нашей стране шло выдвижение кандидатов в депутаты Верховного Совета СССР первого созыва. В числе их были названы и четверо героев-зимовщиков: И. Д. Папанин, Э. Т. Кренкель, Е. К. Федоров, П. П. Ширшов. Из Арктики на Большую землю были переданы по радио небольшие статьи-рассказы о каждом из них. Вот что писали тогда папанинцы о своем начальнике и друге:

«В дни, когда зашаталась Российская империя, когда началась гражданская война, Папанин сражался в первых отрядах Красной гвардии. Преданный революции, находчивый и изобретательный, он сделался талантливым командиром Красной Армии. В тяжелое лето 1919 года, когда красные отступали с Украины, командование 12-й армии поручило Папанину наладить искалеченные, разбитые бронепоезда. Удерживая отступающие отряды, Папанин организовал на заброшенной станции целый завод, и скоро покатились на фронт стальные составы.

Когда последняя ставка белогвардейщины — Крым — ощетинилась, казалось бы, неприступными укреплениями, командование Южного фронта послало Папанина организовать партизанское движение в тылу у Врангеля. С горсткой бойцов он высадился на скалы крымского берега. Через месяц отряды партизан начали крепко беспокоить войска барона...
Окончилась гражданская война. Папанин строит в глухих лесах Алдана мощную радиостанцию. Одно за другим выполняет он задания партии на Земле Франца-Иосифа, в тундре Таймыра и, наконец, здесь, на льду.

Мы гордимся тем, что наш Иван Дмитриевич выдвинут кандидатом в депутаты Верховного Совета. Мы уверены в том, что он с честью оправдает это доверие, так же, как исполнял до сих пор все, что поручала ему партия. Горячий привет избирателям!»

Новый, 1938 год полярники, только что избранные депутатами Верховного Совета СССР, встретили в Гренландском море. На станции по-прежнему продолжались регулярные наблюдения и исследования. Хотя обстановка резко усложнилась (сильные морозы, ураганные ветры, разломы льдины), в эфир в положенное время передавались метеорологические сводки. Велись магнитологические и гравитационные измерения. При первых же проблесках на небе, часто закрытом тучами, производилась обсервация — определялись географические координаты местоположения станции. Шли гидрологические и гидробиологические работы, велось систематическое наблюдение за северным сиянием. Ледовый «корабль» папанинцев дрейфовал все дальше в южном направлении, к Атлантике. Его заснеженная «палуба», перечеркнутая широкими трещинами, покрытая торосами, с каждым днем уменьшалась. Того и гляди, льдину, в поперечнике не более полусотни метров, разломит и станцию зальет морской водой.

— Ничего, братишки, выдюжим,— ободрял товарищей Па-панин, — накачаем клипер-боты, поставим мачты, поднимем паруса и пойдем этакой флотилией по Атлантике...

Но до критического положения дело не дошло. Советское правительство своевременно организовало экспедицию на ледоколах, которые поспешили к зимовщикам, оказавшимся в весьма опасных объятиях Арктики. «Таймыр» и «Мурман» подоспели вовремя. Надо ли говорить, какой радостной была та встреча!

И вот последняя радиограмма, переданная в Москву 19 февраля 1938 года: «В этот час мы покидаем льдину на координатах 70 градусов 54 минуты нордовой, 19 градусов 48 минут вестовой, пройдя за 274 суток свыше 2500 километров. Наша радиостанция первой сообщила весть о завоевании Северного полюса, обеспечивала надежную связь с Родиной и этой телеграммой заканчивает свою работу. Красный флаг нашей страны продолжает развеваться над ледяными просторами».

Итак, позади 274 суток непрерывной научной вахты, ежечасного риска, бесконечных авралов, единоборства с суровой природой, научных исследований. Позднее, по записям в бортжурнале станции, подсчитали: кроме систематических — несколько раз в сутки — метеорологических наблюдений, папа-нинцами было произведено более 1700 различных измерений и исследований: океанологических, астрономических, гравитационных, гидробиологических, магнитологических и т. д. И все это силами четырех человек, самоотверженно трудившихся далеко от Родины, отважно преодолевавших неимоверные тяготы девятимесячного ледового дрейфа. Поистине это был подвиг, которого еще не знала история освоения Арктики!

Академик О. Ю. Шмидт, подводя итоги беспримерной экспедиции, писал, что ею были решены сразу три важнейшие задачи: во-первых, полет на Северный полюс, основание станции на нем и научная работа в районе полюса; во-вторых, дрейф от полюса к берегам Гренландии через Полярный бассейн, с непрерывными научными наблюдениями в местах, никогда не посещаемых человеком; в-третьих, дрейф через Гренландское море с новыми научными исследованиями. Ученый справедливо назвал деятельность папанинцев величайшим географическим событием начала двадцатого века. А мы добавим: и героическим свершением, на котором воспитывалось не одно поколение нашей молодежи.

Вскоре по возвращении на Большую землю Папанин возглавил Главное управление Северного морского пути. Его неутомимой, кипучей натуре по плечу пришлась деятельность такого широкого размаха, охватывавшая труд многих коллективов на огромном пространстве советского Заполярья.

Одним из особенно памятных эпизодов новой работы для Ивана Дмитриевича явилась экспедиция, предпринятая для вывода находившегося в Центральной Арктике более двух лет ледокольно-транспортного судна «Георгий Седов». Зажатый льдами еще в море Лаптевых, этот пароход был превращен в своеобразную научно-исследовательскую базу, перемещавшуюся в общем направлении на северо-запад. «Георгий Седов» постепенно приближался к проливу между Шпицбергеном и Гренландией. Знакомые Папанину места, ведь там дрейфовала и его станция «Северный полюс»!

Однако дальнейшее продвижение поврежденного судна к Атлантике было нежелательным. Там, на кромке льдов, ему угрожали сильные сжатия, возникала реальная опасность для экипажа. Взвесив все обстоятельства, новый начальник Глав-севморпути решил: надо, врубившись в льды на мощном ледоколе «И. Сталин», подойти к дрейфовавшему судну и вывести его на чистую воду. И эта сложная операция, несмотря на все трудности плавания в высоких широтах, да еще в условиях полярной ночи, была выполнена быстро и четко. Вырученные из беды седовцы за мужество, с которым они перенесли все опасности своего более чем двухлетнего дрейфа, а также многие участники спасательной экспедиции были удостоены правительственных наград. Папанин стал в те дни дважды Героем Советского Союза.

Одновременно с организацией той экспедиции ему пришлось решать и еще ряд важных задач. Вспомним, что как раз в ту пору разыгрался военный конфликт с Финляндией. Для перевозок различных грузов, необходимых войскам нашей 14-й армии, действовавшей на приморском фланге фронта, а также частям Северного флота, привлекались и местные пароходства, и рыболовецкие суда, и ледоколы. Сперва, однако, не все шло гладко — мешали ведомственные «перегородки».

— Дело пошло лучше,— вспоминал о тех днях тогдашний член Военного совета Северного флота Н. М. Кулаков,— когда был создан штаб руководства перевозками и действия ледоколов стал координировать прибывший сюда известный полярник Папанин. Он смело принимал решения, воодушевлял людей.

Для Ивана Дмитриевича то была своеобразная прелюдия к испытаниям в Великой Отечественной войне. С октября сорок первого он снова в Заполярье — в качестве уполномоченного Государственного Комитета Обороны. Моряки-североморцы, докеры Мурманска, Архангельска и других беломорских портов, капитаны и матросы транспортных судов, в том числе и иностранных, уважительно называли Папанина адмиралом Арктики. А он, организуя выгрузку вооружения и военных материалов, поступавших в северные порты, отправлял затем полученное на фронты, промышленные базы. Работать приходилось нередко под непрерывными бомбежками вражеской авиации, оперативно находить нужные решения в крайне сложной обстановке. Контр-адмирал Папанин всегда оказывался там, где было особенно трудно.

— Братишки,— не раз задушевно говорил он портовикам,— постараемся для фронта, бойцы ведь ждут нашей поддержки.

И люди под вражеским огнем с неба тушили пожары на причалах, спасали поврежденные бомбами суда, разгружали военную технику, самоотверженно трудились там, где было нужно. А Папанин, настроенный, как и всегда, оптимистично, в любых случаях смело брал на себя всю полноту ответственности, наилучшим образом выполнял порученные ему задачи. В годы войны он жил и работал, сердцем, душой следуя партийному призыву: «Все для фронта! Все для победы!»

Когда она пришла наконец, наша победа над германским фашизмом, дважды Герою Советского Союза, заслуженному полярнику, доктору географических наук контр-адмиралу И. Д. Папанину было уже более 50 лет. Здоровье, подорванное труднейшими зимовками, да и невзгодами военного лихолетья, вынудило его оставить пост начальника Главсевморпути. Но отдых был совсем недолгим. Вскоре Папанин снова у штурвала любимого дела — он стал руководить отделом морских экспедиций Академии наук СССР. Широко известно, сколь большого размаха достигла ныне эта работа, проводимая не одним, как тогда, кораблем «Витязь» да малыми судами, плававшими в прибрежных водах, и десятками океанских лайнеров — своеобразными плавучими научно-исследовательскими институтами. И разумеется, Ивана Дмитриевича Папанина без преувеличений можно по праву назвать инициатором и организатором создания наилучшего в мире научно-исследовательского флота нашей страны. Кроме того, в течение двух десятков лет он являлся еще и директором Института биологии внутренних вод АН СССР — крупного научного центра, выросшего при непосредственном участии Папанина из небольшой ихтиологической станции возле Рыбинска.

И вся эта работа сочеталась с кипучей партийной, общественной, литературной деятельностью, с патриотическим воспитанием советской молодежи, которая, читая книги Ивана Дмитриевича, встречаясь с ним, видит в его повседневном труде достойный пример верного служения социалистической Родине. А он, адмирал Арктики, на пороге десятого десятка своей неповторимой жизни, целиком отданной делу партии и народа, искренне радуется и достойным результатам работы зимовщиков на многих ледовых научных станциях, и походам мощных атомных ледоколов на Северный полюс, и новым успехам наших полярников, продолжающих осваивать просторы Арктики для блага советских людей. Радость закономерна, ибо во всех этих достижениях есть и частица самоотверженного труда ге-роев-папанинцев, впервые поднявших красный стяг Родины на «вершине» нашей планеты.

Н. Денисов

Институт истории ссср
Академии наук ссср
институт военной истории министерства обороны ссср
институт истории партии МГК и МК КПСС — филиал института марксизма-ленинизма
при ЦК КПСС

Редакционная коллегия: А.М. СИНИЦЫН (ответственный редактор) А.И. БАБИН, К.И. БУКОВ, Н.Н. ДЕНИСОВ,
A.А. ЕПИШЕВ, П.А. ЖИЛИН,
Ф.Н. ИЛЛАРИОНОВ,
B.Ф. ПРОМЫСЛОВ,
A.М. САМСОНОВ,
B.П. ШЕРСТОБИТОВ

© Издательство «Московский рабочий», 1983.



НАВЕРХ


Внимание! При использовании материалов сайта, активная гиперссылка на сайт Советика.ру обязательна! При использовании материалов сайта в печатных СМИ, на ТВ, Радио - упоминание сайта обязательно! Так же обязательно, при использовании материалов сайта указывать авторов материалов, художников, фотографов и т.д. Желательно, при использовании материалов сайта уведомлять авторов сайта!




Интересное

советские новогодние открытки 1973-го года


Жан-Клод Бриали. Звезды и фильмы. Статья 1966-го года.


Новое на сайте

08.11. новости - Олег Борисов. Артист с большой буквы

05.11. новости - Выдающийся французский музыкант Джо Дассен

01.11. новости - Анатолий Кубацкий. Неповторимый герой советских сказок

30.10. новости - В день рождения знаменитого французского кинорежиссера Клода Лелуша

27.10. новости - Скончался легендарный российский актер Николай Караченцов

23.10. новости - Выдающийся композитор и дирижер Юрий Саульский

20.10. новости - Актрисе театра и кино Жанне Болотовой 77 лет

16.10. новости - Любимый актер советской эпохи Савелий Крамаров

12.10. новости - На советские экраны вышел легендарный фильм Михаила Калатозова «Летят журавли»

08.10. новости - Ушла великая Монсеррат Кабалье

03.10. новости - Ушел из жизни легенда французского шансона Шарль Азнавур

02.10. новости - Вера Васильева - настоящий символ вдохновения на театральной сцене

 


 

© Sovetika.ru 2004 - 2018. Сайт о советском времени - книги, статьи, очерки.