Версия для печати

---

Здесь был негр

"Школа-студия МХАТ"

По тропкам и по кочкам шла маленькая точка. К. Филиппова

На грандиозной выставке кукол одна из их создательниц сказала:

— Меня так много в детстве любили, что сейчас я стараюсь вернуть хоть часть этой любви.
Моя любимая приятельница Таточка Солошек, сидя на земляничной поляне, вдруг расплакалась, как маленькая девочка, а лет-то ей было в это время около пятидесяти.

— Что с тобой?

— Ты знаешь, я вдруг поняла, что закончился запас бабушкиной нежности.

Таточка — сирота, ее растила бабушка, которая умерла тридцать лет назад, но вложила столько любви, что на тридцать лет худо-бедно хватило.

 

Таточка Солошек, уже уходя из жизни, сказала мне: «Каришка, я никогда не жила так здорово, как когда мы голодали с тобой в маленькой комнате».

Все мы, шестидесятники, дети коммуналок.

Войдя в подаренную мне жизнью маленькую комнату при кухне, я вдруг к собственному недоумению заметила на шести соседских кухонных столах висячие замки.

— Дорогие мои, я предлагаю это снять, потому что я даже комнату свою запирать не буду.

Примолкшие соседи разошлись по своим комнатам, но замки со столов сняли.

Потом я купила несколько скандалов, от которых очень страдала, — обычные коммунальные скандалы из-за света, телефона и уборки... Решив их нейтрализовать, я, как только возникали первые волны приближающегося шторма, выходила из комнаты и спрашивала: «Сколько? Сколько стоит очередной скандал?» Больше трех рублей его цена обычно не поднималась. Купив несколько скандалов, я начала купаться в блаженстве и радушии нашей огромной квартиры, а старушки — крутить хулахуп и прибирать мою комнату, которая, конечно, не запиралась.

Татьяна Солошек

Потом я придумала варить суп «из топора». Для этого надо было попросить у Надежды Макаровны луковицу, у бабы Дины взять морковку, у Кучмалы — капусту и картофель. У Зотова ничего не брали, но он на всю мощь включал проигрыватель с пластинкой «О, Карина, усни под шум прибоя», и мы в таком музыкальном оформлении принимались за трапезу.

 

Маленькая комната при кухне 11,25 м вместила не только всех несчастных людей в моем окружении, но и дала нам силы выжить. Мы придумывали различные игры и хохотали с утра до ночи. В полном безденежье и нищете, без работы... Нас спасал только юмор и умение в любой ситуации находить что-нибудь смешное. Например, Татина дочка Машенька и моя Иришка в сорокаградусную жару болеют. У Таты плексит, нужен градусник, его нет, занимаю у соседей сорок семь копеек. Покупаю градусник и говорю Тане:

— Встряхни и поставь детям смерить температуру.

Тата встряхивает градусник, он падает и разбивается на мелкие осколки. Я в ярости хлопаю ладонью по столу, оттуда спрыгивает на пол к разбитому градуснику последний предмет свадебного сервиза — сахарница с остатками сахара. Дети в бреду просыпаются от непонятного шума в квартире, и в это время какой-то пьяный незнакомый прохожий (а мы живем на первом этаже) раздвигает занавески на нашем окне и в лучезарной улыбке говорит:

— А вот и я!

Немая сцена из гоголевского «Ревизора»... Смеха хватило до самого вечера.

И так постоянно — веселье, радость, хохот, а потом постепенное возвращение к жизни.

...Татка изводит меня своим диким желанием где-то достать сигарету.

— Ну пойди, попроси у кого-нибудь.

— Не пойду.

— Ну пойди, займи где-нибудь.

— Не пойду.

Она так мне надоела, что я в ярости надеваю ботик. У меня только семь копеек в доме, а пачка самых дешевых сигарет стоит двенадцать — пяти копеек не хватает. При очередном завывании «курить хочу» я в ярости начинаю натягивать ботик на ногу, но что-то мешает в пятке. Смотрю и вынимаю из ботика монетку — именно те недостающие пять копеек на пачку сигарет.

 

Тата — «мямлик», а я — «шустрик». Я «шустро» лежу на диване, а Тата «мямлит» пол, вымывая его до состояния яичного желтка. Идет выплеснуть последний тазик с водой на террасу. Я, потягиваясь, поднимаю руку наверх и роняю черную тушь на пол. В ужасе от расползающейся черной лужи босиком спрыгиваю с дивана и, оставляя черные следы на полу, бегу за тряпкой. Слышу возвращающиеся шаги Таты, ныряю на диван и жду ее появления. Она входит, останавливается, сраженная увиденным. Подняв на меня глаза, спрашивает:

— Что это?

Не зная, что ответить, я вдруг выпаливаю:

Таня, здесь был негр.

Читать раннее: СКАЗКИ ВОЕННОГО ДЕЛА

Читать далее: ЮРИЙ ЕРШОВ

---