Поиск по сайту


+16
Издание предназначено для лиц старше 16-ти лет.

Культурно-просветительское издание о советской истории "Советика". Свидетельство о регистрации средства массовой информации - Эл№ ФС77-50088.

е-мейл сайта: sovetika@mail.ru

(Дмитрий Ластов)



Посмотрите еще..


Присуще только молодым - наука, Эврика 74


Королева комедии Тамара Носова




СОВЕТСКИЕ ЖУРНАЛЫ, Авиация и космонавтика (журнал №5 за 1968 г.), На боевом курсе (Крылов А.)

На боевом курсе (Крылов А.)

 

«Авиация и космонавтика (журнал №5 за 1968 г.)

В наш полк Антон Шевелев прибыл вместе с группой летчиков гражданской авиации в первый год Великой Отечественной войны. Комэск Николай Рыцарев, выполнив с Шевелевым несколько контрольных полетов, удовлетворенно сказал:

— Можете лететь на боевое задание.

В части Антон подружился со штурманом Иваном Кутумовым. Оба офицера имели хорошую подготовку, огромное желание бить врага. Они попросили у командира полка разрешение летать в одном экипаже. Просьба была удовлетворена. Радистом в экипаж был назначен старший сержант Бондарец, воздушным стрелком — сержант Воронцов.

23 июля 1942 года они вместе с другими экипажами полка ушли в свой первый боевой вылет — бомбить вражеские эшелоны на станции Крустпилс. Ночь была ясная, лунная. Шевелев уверенно пилотировал бомбардировщик. На подходе к цели летчик и штурман заметили вдали мчавшиеся навстречу им два истребителя противника с зажженными фарами.

— Командир, зачем они фары зажгли, ведь и так неплохо видно? — спросил Кутумов.

— Страх нагоняют на нашего брата, — ответил Шевелев и, немного погодя, добавил, — нас они не видят.

Приняв решение не вступать в бой с истребителями, летчик сделал пологий разворот и с небольшим снижением повел бомбардировщик на цель. Вблизи вспыхивали белые облачка разрывов снарядов — это яростно стреляли вражеские зенитки.

— Боевой! — передал штурман.

Экипаж точно вышел на объект и обрушил на врага бомбовый груз. Первое боевое задание авиаторы выполнили успешно.

Так началась боевая служба Антона Шевелева и его боевого друга Ивана Кутумова. Со временем они стали признанными мастерами своего дела.

Ближе познакомиться с экипажем Антона Шевелева мне удалось зимой 1942— 1943 годов, когда наш полк выполнял задачи в интересах Западного и Северо-Западного фронтов. В одну из ночей командиру эскадрильи капитану Рыцареву, в экипаже которого я летел штурманом, было поручено осветить цель — важный железнодорожный узел, чтобы обеспечить бомбовый удар группы самолетов. На цель мы вышли точно. Как только сбросили первые светящиеся бомбы, на товарной станции узла отчетливо стали видны ленты составов. И сразу же вниз посыпались серии фугасок и зажигалок. В первые три-четыре минуты на земле возникло до десятка пожаров. Видно было, как полыхали на путях эшелоны.

В воздухе повисали все новые и новые «светящиеся люстры». Сериями и залпом летели на землю бомбы, разрушая пути, постройки, поднимая вверх промерзший грунт. Вот в северо-восточной части станции вспыхнуло несколько огненных фонтанов, а потом на какое-то мгновение все небо озарилось светом. Нам хорошо было видно, как с земли поднялся столб пламени и дыма. Взрыв был настолько сильным, что от него разрозненные пожары на станции слились в один огромный костер.

По расчету времени и фотоснимкам, а также по визуальному контролю установили, что бомбы, разорвавшиеся в северо-восточной части товарной станции, были сброшены экипажем Шевелева. Когда все собрались на командном пункте и речь зашла об этом исключительно успешном полете, Шевелев, показывая на своего боевого друга штурмана Кутумова, с улыбкой проговорил:

— Пусть Иван расскажет. Он бомбит, а я что… Я летаю и все!

Экипаж бомбардировщика, преодолевая огромные расстояния, много раз летал на бомбометание военно-промышленных объектов врага и успешно выполнял боевые задания. Огнем фугасок он взламывал оборону противника под Оршей и Полоцком, Бобруйском и Могилевом.

Однажды вылетели на бомбежку Кенигсбергского железнодорожного узла, расположенного на левом берегу реки Прегель и насчитывавшего девять пассажирских станций, четыре товарные и сортировочные. Узел связывал четыре важнейшие железнодорожные магистрали, его надо было вывести из строя.

В полете авиаторы попали в сложную метеорологическую обстановку. Облака сходились все теснее. Корабль стал тревожно вздрагивать, проваливаясь в серую мглу. Мутнело остекление кабины.

— Обледенение! — заволновался штурман.

На этом участке маршрута пробиться вверх не удастся. Надо осторожно, пологим снижением выбираться вниз, иначе положение ухудшится. Но куда же запропастилась земля? Восемьсот метров, шестьсот, триста… Рельеф местности здесь ровный, превышений нет, но до каких пор можно снижаться? Наконец, когда высотомер показал цифру двести метров, внизу заметили черные массивы лесов с серыми пятнами больших и малых полян. Не потерять бы ориентировку! Нет, Иван Кутумов не подведет.

Больше часа пришлось лететь в таких условиях. Но потом нижняя кромка облаков начала подниматься. От экипажа—лидера полка — последовала команда:

— Всем следовать с набором высоты!

— Идем за облака! — довольным голосом передал Шевелев членам экипажа. И тут же добавил: — Готовиться всем к удару.

Как и раньше, в облаках сильно трясло. Но обледенения не наблюдалось. И, видимо, поэтому болтанка переносилась значительно легче. Самолет уверенно набирал высоту.

В кабинах заметно похолодало. Сверху все настойчивее пробивался лунный свет.

Выйдя из толщи облаков, экипаж, уточнив маршрут, взял курс на цель.

Над Балтикой, словно по заказу, хорошая погода. Облака заметно редеют, уходят прочь. Внизу песчаные косы, полуостровки, заливы. С них начали бить зенитки. Но дальше, у Кенигсберга, взметнулись вверх голубые лучи прожекторов, и гитлеровцы открыли заградительный огонь.

А направление захода на цель именно отсюда. Высота и время массированного удара по объекту также точно определены заданием. Что же, прямо сквозь огонь? Да, пройти можно. Фашистам, видно, крепко досталось после бомбовых ударов первых полков, зенитки бьют как-то бессистемно. А светящиеся бомбы, сброшенные сразу двумя-тремя сериями, разгораются все ярче, и лучи вражеских прожекторов превращаются в какие-то блеклые щупальца.

Воздушный корабль Шевелева проскакивает невредимым, он внутри огневого кольца, у самой цели. Здесь настоящее пекло. Но Антон словно забыл о возможности маневра. Только точно выдержать боевой курс, метко сбросить бомбы — эта мысль сейчас владеет летчиком.

Но вот нажата боевая кнопка. Идут томительные секунды: десять, двадцать, тридцать, сорок… Бомбовый удар пришелся по центру цели.

Летчик делает пологий разворот влево, и зенитные снаряды рвутся сбоку; тут же он сбавляет газ, теперь целый шквал снарядов рвет пустоту впереди; но вот самолет резко увеличивает скорость и воздушный стрелок видит множество разрывов позади. Еще небольшой доворот вправо. Полный порядок! Зенитчикам уже не достать бомбардировщик.

Кутумов весело объявляет:

— Потопали домой. Курс 82.

Обратный путь экипаж преодолел за четыре часа. Полет завершился отличной посадкой.

А вскоре — повторный вылет на ту же цель. На этот раз бомбардировщики нанесли сосредоточенный удар по объекту, выйдя на него с разных направлений и высот. Мне довелось в ту ночь находиться в боевом порядке полка, и я хорошо видел, как бесновался враг. В районе цели прожекторы вспыхивали то там, то тут. Истребители-перехватчики пускали разноцветные ракеты, гонялись за отдельными самолетами. Но экипажи пробивались к цели сквозь все заслоны.

Только летчики нашего соединения сбросили на объект около семидесяти тонн бомб, причинив врагу ощутимый урон.

Но некоторые наши самолеты получили повреждения. На кораблях летчиков Зазалинича, Скворцова, Десятова было обнаружено по пять—семь пробоин.

— С дырками прилетать негоже, — сказал Шевелев товарищам, осматривая на стоянке свой невредимый корабль. И тут же добавил: — Надо маневрировать в зоне зенитного огня и бить врага, не подставляя себя под удар.

Не было ни одной ночи, позволявшей вести боевые действия, когда бы отважный летчик не поднимал в воздух (иногда по два-три раза в ночь) свой краснозвездный бомбардировщик. Экипаж Шевелева летал в снег, дождь, сильную облачность, бомбил со средних высот и с бреющего полета, беспощадно уничтожал живую силу и технику гитлеровских захватчиков.

…Изменчива и коварна погода над зимней Балтикой. Однажды ночью экипажи, следуя по маршруту, попали в многослойную облачность. Интенсивное обледенение не позволило пробиться вверх. Лететь под облаками было трудно. И все же корабли, которыми командовали Шевелев, Уромов, Иванов и Иконников, точно в заданное время появились над вражеским портом.

Внизу, к портовому причалу, подходил транспорт. Набрать высоту, необходимую для сбрасывания бомб, было некогда: транспорт исчез бы под спасительным покровом облаков и густой дымки. Решать нужно было немедленно, в какие-то доли секунды. И решение пришло вовремя: экипаж Шевелева, мгновенно перейдя в атаку, сбросил бомбы с ходу, что называется «себе под фюзеляж». Тут же послышался грохочущий гул, взметнулись вверх столбы огня и воды… Сильным ударом взрывной волны швырнуло в сторону самолет. Летчик с трудом выровнял его у самой воды.

— Так можно и окунуться, — с тревогой в голосе проговорил радист Бондарев

— Верно. Мы еще не раз после войны окунемся в балтийской водице, — желая ободрить товарища, сказал Кутумов.

Но не суждено было сбыться мечте штурмана Кутумова. Ранней весной 1944 года после успешного выполнения одного из заданий ‘командования он трагически погиб при вынужденной посадке. Все мы, и больше других Шевелев, переживали утрату боевого друга.

Перед наступлением наших наземных войск на Берлин летчики полка вылетали на уничтожение живой силы и боевой техники врага в районе Зееловских высот. Почти каждую ночь мы появлялись над противником, бомбили его коммуникации. В середине апреля на одно из боевых заданий Шевелев пошел со штурманом Бакаевым. После сбрасывания бомб над целью их самолет был атакован истребителем противника. Загорелась правая плоскость, потом фюзеляж. Антон успел развернуть машину в сторону своих войск и только после этого дал экипажу команду покинуть самолет. Сам он прыгал последним. Отделился от самолета неудачно, сильно ударившись о хвостовое оперение и раздробив пятку правой ноги. Приземлился с трудом в расположении своих войск.

Его подобрали наши пехотинцы и отправили в госпиталь, где сделали операцию. Затем он демобилизовался. В дальнейшем, успешно окончив институт, стал инженером. Сейчас бывший летчик-фронтовик живет и трудится в Ленинграде.

Полковник запаса Крылов А.

«Авиация и космонавтика (журнал №5 за 1968 г.)

 



НАВЕРХ

Внимание! При использовании материалов сайта, активная гиперссылка на сайт Советика.ру обязательна! При использовании материалов сайта в печатных СМИ, на ТВ, Радио - упоминание сайта обязательно! Так же обязательно, при использовании материалов сайта указывать авторов материалов, художников, фотографов и т.д. Желательно, при использовании материалов сайта уведомлять авторов сайта!



Советские журналы


Интересное

О Франции и французах


советские новогодние открытки 1989-го года


Новое на сайте

19.05. новости - Валентина Ананьина - более 200 ролей в кино

16.05. новости - Ушел из жизни советский певец Ренат Ибрагимов

10.05. новости - 9 мая - Великий День Победы

30.04. Земля первых. Маршрутами пятилетки (из журнала "Кругозор"). 1972-й год.

28.04. гостиная - Была Екатерина – стала Рина. Как небольшая опечатка послужила рождению яркого псевдонима

25.04. новости - Борис Андреев - любимый «БэФэ» советского кино

22.04. новости - Притягательная сила игры Михаила Козакова

20.04. новости - Николай Симонов. Живописное наследие художника

14.04. наука и космос - БОРИС ВАСИЛЬЕВИЧ КУРЧАТОВ

07.04. новости - Андрей Юрьевич Толубеев. Актерская стезя, предрешенная самой судьбой

 


 

© Sovetika.ru 2004 - 2022. Сайт о советском времени - книги, статьи, очерки, фотографии, открытки.

Flag Counter

Top.Mail.Ru