Версия для печати

---

Владимир Бобров
1001 день в Рио-де-Жанейро

Кое-что о карнавале

 

Сейчас уже невозможно разобраться, был ли сначала карнавал, а потом появился Рио-де-Жанейро или наоборот. Впрочем, это не так важно. Важно, что эти понятия неотделимы друг от друга. О карнавалах Рио написано много. Тысячи туристов со всех концов земли приезжают в Бразилию специально затем, чтобы полюбоваться и удивиться редкостным зрелищем. Тысячи долларов, марок, фунтов, крон тратятся на то, чтобы приобщиться к удивительному состоянию возбужденной беззаботности огромного города. Радость, ликование, хорошее настроение. Увы, все эти вещи не имеют стоимости и не могут стать объектами купли-продажи, несмотря на настойчивые попытки и продавцов и покупателей. Отлично выполненные иллюстрации заполняют страницы журналов и книг. Бесконечные метры пленки в кинокамерах туристов и репортеров впитывают в себя яркость праздничной толпы. Километры магнитных лент улавливают мелодии и ритмы пестрого, бурлящего половодья, захлестнувшего город.

Все это внешняя сторона карнавала, многократно описанная. Сущность же этого явления, отличающая его от всевозможных маскарадов, гуляний, костюмированных шествий, как правило, остается в тени. О ней можно лишь догадываться. Действительно, где источник того неподдельного веселья и всеохватывающего восторга, наполняющего сердца, делающего легкими тело, светлой действительность, содержательной жизнь? Ответить на этот вопрос не так-то просто. А может быть, и не нужно. Можно лишь утверждать, что этот источник существует и продолжает век за веком оказывать свое целебное воздействие.

Бразильский карнавал — это национальное явление.

Карнавал улиц, карнавал фавел, миллионов бедняков— именно этот карнавал привлекает, разжигает любопытство, вселяет надежду урвать кусок беспечности, легкости и искренности, столь необходимых в мире неустойчивости, страха перед завтрашним днем и бессмысленности дня нынешнего. Тлетворный запах наживы не проходит бесследно. Знаменитые карнавалы Рио-де-Жанейро все больше и больше превращаются в зрелища. Выигрывая в пестроте и помпезности, они в такой же мере утрачивают свой первоначальный смысл — уход от чужой и ненавистной действительности. Краткосрочный отпуск раба от рабства, бедняка от социальной несправедливости, безнадежности и обыденщины. Попытка возвратиться, хотя бы на час, в общество, где нет бедных и богатых, знатных и простых. Праздник обычно начинается со второй недели февраля и длится около десяти дней. Его апофеоз — шествие костюмированных по улицам. В центре, на авениде президента Варгаса, сооружаются вместительные трибуны для зрителей, как при военных парадах, однако вход на них отнюдь не бесплатный. Хорошие места — те, что рядом со столом жюри, которое будет давать оценку мастерству самбистов и выдумке ряженых,— стоят хороших денег. При этом входные билеты продаются сразу на четыре ночи. Трибуны заполняются приезжими и местными богачами. Те, у кого нет средств, жмутся внизу.

Громыхают оркестры, извиваются в огненной пляске тела, вспыхивают попадающие в лучи прожекторов блестки на фантастических костюмах. Одобрительно ревут зрители. И так четыре ночи подряд. Однако основное зрелище не здесь. Оно развертывается на улицах и площадях города, который сам становится одновременно и зрителем и участником. Работы прекращаются. Учреждения, магазины, предприятия закрываются. На неделю люди уходят

 

Церковь и церкви - Назад

Далее - "Маракана" - футбольная Мекка

 

 

Бобров В.А. 1001 день в Рио-де-Жанейро. М., "Мысль", 1974.

---