Нонна Мордюкова. «Завтра, доченька, ты пойдешь в школу»

У каждого человека есть свои личные школьные воспоминания, приятные или не очень, радостные или грустные, но всегда они очень яркие и живые, сохранившееся в памяти на всю жизнь. Школьная пора вообще считается самой яркой, ведь жизнь в это время только начинается, на мир смотришь совсем другими глазами, поскольку нет того багажа из мудрости и опыта, разных неурядиц и разочарований, которые со временем в корне меняют сознание и мировоззрение. Первый звонок, крепкая и искренняя дружба, веселые посиделки с одноклассниками, первая любовь - этот список можно продолжать бесконечно.

Нона Мордюкова

Очень интересно свои школьные годы описала  народная артистка СССР, талантливейшая актриса Нонна Викторовна Мордюкова в своей автобиографической книге «Не плачь, казачка!». Эта книга читается на одном дыхании, да и написана она таким простым и живым языком, что заставляет проникаться каждым событием до глубины души. Очень советуем ее прочитать, а в данной же статье мы будем делиться интересными цитатами и отрывками из этой книги.

В школу Нонна Мордюкова пошла, когда ей исполнилось 6 лет. «Направили меня в ШКМ, школу колхозной молодежи. Мне «как молодежи» было тогда неполных шесть лет. Это не ошибка: школа была одна на всю станицу, и нас, маленьких, — тоже туда» - писала впоследствии актриса.

А предшествовала всему этому, как и полагается, покупка школьных принадлежностей и, конечно же, новых туфель. Вот, что рассказывала Нонна Викторовна об этом в своей книге: «Однажды осенью мама повела меня в магазин купить туфли. Не хотелось надевать их на пыльные ноги, и мы просчитались: не померив, взяли тесноватые. А туфельки парусиновые, пахнут бумагой и клеем.

— Завтра, доченька, ты пойдешь в школу, — сказала мне мама.

Как воду ношу из колодца или хожу за солью, так и в школу пойду — надо выполнять мамин наказ.<…>

Утром надела новые туфли и, пожалев маму, не сказала, что они, как кандалы, сдавили мне ноги. <…>».

Нона Мордюкова

Ну что сказать, мамин наказ маленькая Нонна старалась выполнять изо всех сил, не подавая виду, что ноги жутко разболелись от неудобной обуви. Однако, как всегда это случается, в итак непростую ситуацию вмешались некие непредвиденные обстоятельства, и первое обстоятельство – это приветственная речь, обращенная к новоиспеченным первоклассникам, которая не приободрила напуганных ребятишек, а скорее напугала их еще больше.

«Страх охватил! Первый в жизни. Длинный коридор, фикусы возле окон… Взялись за руки и вошли парами. На маленьком возвышении появилась тетка и вдруг крикнула как дурная:

— Дете!

Я увидела, как у нее заходила ходуном нижняя челюсть.

— Дете! Сегодня вы вступаете… — и т. д.

Мы стоим на тряпичной дорожке и слушаем все это, а рядом с нами матери-общественницы. Вообще-то дорожка из тряпок лучше, чем дорогие ковры. Теперь они все больше синтетические и бьют током, а те не били.

Нона Мордюкова

Дорожка дорожкой, а тетка та проклятущая все орет и орет. <…> Нижняя челюсть ее ходит ящиком вперед-назад, вперед-назад. Я заплакала от этого крика и от дорожки, где все рядно стояли, от фикусов, светящихся утренним солнцем, и от потной руки мальчика, который тоже был нем от происходящего. «Мама, мамочка, — подумала я, зачем нам это с тобой?» К счастью, был дан сигнал разойтись по классам, и я вздохнула с облегчением оттого, что уходила от этой крикуньи с бородавками».

Согласитесь, для детского восприятия такое начало первого в жизни урока выглядит впечатляюще, если не сказать больше. Но Нонна Мордюкова держалась молодцом и, несмотря на испуг, смело вошла в класс, вынашивая в голове план дальнейших действий:

«Мы вошли в класс. Я не выпускала потную руку мальчика, а он мою. Сели. И тут я подумала, что рубить топором не будут — не белые же. Пересижу, а там и к маме — веселой, с песнями под гитару, к моей двадцатипятилетней мамочке, которая меня заберет навсегда отсюда. Но не тут-то было: та крикучая тетка вошла именно в наш класс. А я-то уж собралась сбросить туфли, что заковали мои ноги до опухоли. Смотрела я на учительницу, слушала ее, заходящуюся в крике, и наблюдала, как ящиком движется ее челюсть. Когда она произносила задумчиво промежуточное «э-э», перед глазами вырастала другая картина: белый Уруп (река, приток Кубани. — Прим.ред.), голубая глинка, «лазорики»… И я решила с учебой покончить — навсегда.

Нона Мордюкова

Зазвенел звонок, и, не сказав никому ни слова, я выплыла из класса и из той истории — и на Уруп! Вот где радость, вот где блаженство! Пускай они себе там учатся <…>».

Вот так вот – речка, «лазорики», снятые туфли и никто не кричит и не пугает. Красота! Хотя, идти на второй урок Нонне Викторовне все же пришлось, как и на третий, четвертый и т.д. Но это уже совсем другая история.

А какие у вас сохранились воспоминания о школьных годах.

Светлана Кравцова

ПОСМОТРИТЕ ЕЩЁ:

СОВЕТИКА В СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЯХ

НАВЕРХ

Внимание! При использовании материалов сайта, активная гиперссылка на сайт Советика.ру обязательна! При использовании материалов сайта в печатных СМИ, на ТВ, Радио - упоминание сайта обязательно! Так же обязательно, при использовании материалов сайта указывать авторов материалов, художников, фотографов и т.д. Желательно, при использовании материалов сайта уведомлять авторов сайта!