Версия для печати

---

«ХОЧУ ЗНАТЬ ИСТОРИЮ НАРОДОВ И КУЛЬТУР...»

Огульнабат Мухамедова — ковровщица головного предприятия производственного объединения «Туркменковер», депутат Верховного Совета СССР, член ЦК ЛКСМ Туркмении

Разыскать Огульнабат Мухамедову на ковровой фабрике оказалось не так уж сложно. Вахтерша у входа переспросила: «Это та Мухамедова, которая депутат Верховного Совета СССР? Она в этом цехе».

Ковровщицы, не отрываясь от работы, указали дорогу к Огульнабат кивком головы: да вот же она, сидит за станком! Ковры Туркмении — ее душа. И не только потому, что издавна были они необходимой вещью в восточном доме, атрибутом быта: и спали на них, и молились, и брали с собою в седло. Просто в узорах ковров заложена вековая мудрость народа, надежды его, мечты и песни.

— Когда я думаю о том, кто они были, те самые первые ковровщицы, как они работали, я всегда дивлюсь. Представляю: пески, унылые звуки дутар — и женщины загрубевшими руками вяжут из ниток узоры... Что заставляло их делать это — любовь к красоте, тяга к прекрасному?

Эти слова прозвучали в устах Огульнабат Мухаме-довой как раздумье о том, почему именно избрала профессию ковровщицы.

— В школе, на уроках рукоделия, по душе пришлось это занятие. И еще запомнились с детства бабушкины песни, когда та ткала туркменский шелк ке-тени. Песни красивые, мелодичные, словно переливы разноцветных нитей под бабушкиными пальцами. Мама тоже ткала, но уже на фабричных машинах — была она сновальщицей на хлопчатобумажном комбинате.

Многие женщины на ковровой фабрике унаследовали рукоделие от своих мам и бабушек. Эти старые ковровщицы помнят начало коврового производства в Туркмении: в тридцатые годы Советская власть кооперировала труд народных мастериц, создавая артели. Добрая наставница Огульнабат — заслуженная ковровщица Туркмении О. Бабаева, которой уже нет в живых, рассказывала, как на не совершенных еще общественных станках ткали первые советские мастерицы портрет Ленина...

Огульнабат помнит первые месяцы своей работы на фабрике. Всего две отметки оставили они в трудовой книжке: принята на работу ученицей ковровщицы, зачислена мастером. А сколько волнений и забот стоит между ними!

— За три месяца изучила десятки сложных операций. Узнала, что такое кесер и как им надо резать нить, что такое сынды и как ими состригать ворс, что такое дарак и как им уплотнять полотно ковра. Училась понимать узоры и читать их, как книгу. Для человека непосвященного один ковер отличается от другого разве лишь окраской да сочетанием узоров. А мы делим ковры на орнаментные и художественные.

Огульнабат многое успевает: и дома маме помогает, и участвует в работе городского комитета комсомола. Во второй раз избрали ее в Верховный Совет СССР. Многие благодарны ей за помощь, за поддержку.

В Голландии на советской промышленной выставке она знакомила западных специалистов с туркменским ковроделием. Для этого везла с собой маленький станочек и нитки.

В Польше и Чехословакии рассказывала молодежи о делах ашхабадских комсомольцев, о работе, о жизненных планах.

Поступила в университет на исторический факультет. Знакомые удивились: ты что же, решила стать учительницей? И я спросила ее, не собирается ли она менять профессию?

— Нет, просто я хочу знать историю народов и культур, цивилизаций и искусств. Историю ковров тоже.

Говорим с ней о счастье.

— Счастье не только в том, чтобы выйти поскорее замуж, как считают некоторые девушки. Но и замужем, как можно перестать любить свою работу, ничем не интересоваться, не учиться? У сестры двое детей, она работает и учится в университете. Ее муж тоже работает. 0 они всё успевают, потому что помогают друг другу. Иногда добрым словом — от этого становится веселее и легче. И как приятно смотреть на них и думать, что жизнь их заполнена интересными делами!

Огульнабат говорит горячо и увлеченно, с небольшим акцентом. Иногда она останавливается, подбирая слова, и это придает речи какую-то неторопливость и убедительность, осмысленность и четкость. Она рассказывает о своей подруге — ковровщице Амановой, о клубе девушек «Айна», которым та руководит, о том, что приходят к ним писатели и композиторы, художники и артисты, и заходят здесь больше разговоры о жизни, об искусстве, о назначении человека. Она рассказывает о цехе, в котором работает. Приходят сюда иностранные делегации и удивляются: отчего здесь так светло, так празднично? То ли от туркменского солнца, то ли от ярких одежд ковровщиц, то ли от разноцветья узоров, а может, от вымпелов, пламенеющих над каждым станком, — «Ударник коммунистического труда»! И еще она размышляет о том, что ковроделие не ремесло, а искусство и, несмотря на древность свою, вечно и прекрасно...

— Нет, женское счастье не только в том, чтобы обзавестись семьей. Быть верной работе и людям — это тоже большое счастье.

Интервью провела О. Прасолова

По книге: 100 интервью с советскими женщинами. М., 1975.

---